Joker (joker000) wrote,
Joker
joker000

Categories:

Виктор Пелевин о наркотиках. Из интервью.

— Наркотики. Вы, кажется, и не скрывали, что экспериментируете с ними?
— К наркотикам, особенно аддиктивным, я отношусь резко отрицательно. Я видел, как от них умирают. Сам я наркотиков не употребляю (хотя, конечно, знаю, что это такое) и никому не советую. Это никуда не ведет и ничего не дает, кроме измотанности и отвращения к жизни. Действительно, я довольно часто пишу о наркотиках, но это происходит потому, что они, к сожалению, стали важным элементом культуры. Но делать из этого вывод, что я сам ими пользуюсь, так же глупо, как считать, что автор криминальных боевиков пачками убивает людей и грабит банки.

Виктор Пелевин: продолжатели русской литературной традиции не представляют ничего, кроме своей изжоги
9 января 1997. Евгений Некрасов, «Вечерний клуб»


— Вы делаете наркотики связью вашего героя с астралом, хотя это довольно заезженный прием. Почему вас так интересует психоделический опыт?
— Герой книги не особо на меня похож. Большинство моих друзей, да и я сам, давно поняли, что самый сильный психоделик — это так называемый чистяк, то есть трезвый и достаточно дисциплинированный образ жизни. Тогда при некоторой подготовке снимается проблема непримиримого противоречия между трипом и социальной реальностью. Понимаешь, что есть только трип между прошлым и будущим, именно он называется жизнь. А что такое «астрал», я даже не знаю. Хорошее название для стирального порошка.


Виктор Пелевин: миром правит явная лажа
22 марта 1999. Анна Наринская, «Эксперт»


— А насколько правдив слух о том, что некоторые книги писались под воздействием наркотиков?
— Это полная чушь. Я не принимаю наркотиков. Кроме того, под их воздействием невозможно написать ничего связного. Если же говорить о моих действительных недостатках, то я, к сожалению, иногда злоупотребляю алкоголем.
— Откуда же такое хорошее знание предмета? Практически в каждой вашей книге то кто-то опиум употребляет, то эфедрин. А то и сушёные мухоморы ест.
— Мой опыт в этой области весьма ограничен — скажем, я ни разу в жизни не кололся. И потом одно дело — знать, как действуют наркотики, и другое дело — пользоваться ими. Среди моих знакомых несколько человек пострадали от наркомании, и я хорошо знаком с их историями.
Наркомания отвратительна, особенно тяжёлые наркотики. В этом смысле «Generation ’П’» кажется мне весьма полезной книгой. Вряд ли она вызовет желание испытать то, что происходит с главным героем.


Виктор Пелевин: Ельцин тасует правителей по моему желанию!
25 августа 1999. Борис Войцеховский, «Комсомольская правда»


Пелевин: Желания — они как крысы, скребущиеся в темноте. Только включишь свет, только удостоверишься в их действительном присутствии, как они тут же убегают прочь. Конечно же, у меня есть желания (ухмыляется), но вот, к примеру, у меня совершенно пропал интерес к наркотикам. Это меня смущает.
Шпигель: Ну, тогда понятно, что слухи о том, что Вы уже давно «торчите» — неправда.
Пелевин: Нет. Уже нет. Я и не пью спиртного больше. Может быть дело в возрасте. Хм. А есть что-нибудь новое на немецком рынке?
Шпигель: Думаю, что последним прорывом была смесь кокаина и микстуры. От нее была тогда такая зависимость, что люди только и думали, как бы на ней забалдеть.
Пелевин: Интересно. В России сейчас в ходу эфедриновое соединение. Но все эти замесы никогда по-настоящему не новы. Такие же вещества находили в вавилонских гробницах. От одной дозы можно бодрствовать целую неделю, и повышается сексуальная активность. Плюс пустота. Когда мы во времена полового созревания вместе накуривались, мы называли себя «Обществом советско-албанской дружбы». Полная бессмыслица. И это было то, чего мы хотели.
Шпигель: Забавное совпадение — мы называли это: «мы идем в Советский Союз».
Пелевин: (смеется) Да, точно. Прямо лозунг. А знаете, где по правде абсолютная пустота? В Советском Союзе!

«Желания — они как крысы»
25 октября 2000. Даниэль-Дилан Бемер, «Spiegel Online». Перевод с немецкого


— Мне не очень понятно, ОТКУДА я исчез на эти три года. Из своей собственной жизни я не исчезал ни на секунду. Я делал много разного, в том числе писал книги и думал о высоком, а в кризисе я нахожусь с шестилетнего возраста. Что касается спиртного и прочего — я не пью и не курю уже много лет. Наркотики, которые я регулярно употребляю, — это спортзал и бассейн. Когда не могу достать бассейн, принимаю двойную дозу велосипеда. Мне жалко людей, которые тратят себя на наркотики.

Виктор Пелевин: «Мои наркотики — спортзал и бассейн»
17 сентября 2003. Юлия Шигарева, «Аргументы и факты на Украине»


— Каково главное заблуждение людей о жизни и творчестве писателя Пелевина?
— Я не изучаю этих заблуждений. Но меня очень удивляют люди, считающие меня наркоманом из-за того, что некоторые мои герои употребляют наркотики. Это все равно, что считать Маринину серийной киллершей из-за того, что в ее книгах случаются убийства.


Виктор Пелевин: Оргазмы человека и государства совпадают
2 сентября 2003. Борис Войцеховский, «Комсомольская правда»


Я не курю и не пью и считаю, что в химию мозга не следует вмешиваться напрямую, во всяком случае, на постоянной основе, это ведет только к зависимости от химикатов и не решает ни одной человеческой проблемы. Наркотики вообще способны решать только те проблемы, которые перед этим создают сами. И потом, что это значит: «расширение сознания»? У сознания нет таких характеристик, как длина или ширина, сознание не надо расширять или углублять, я думаю, что его надо постепенно очищать, а для этого наркотики не просто бесполезны, они вредны. Человеческое тело само выработает всю нужную химию.

Правила жизни Виктора Пелевина
24 октября 2007. Владимир Воробьев, «Esquire»


— Почему вас так интересует психоделический опыт?
— Уже не интересует. Трезвость гораздо более сильный наркотик.


2008. Кристина Роткирх, «Одиннадцать бесед о современной русской прозе». Перевод с английского

в: Как известно, о вас ходит множество слухов — один гротескнее другого. Один из мифов о Викторе Пелевине, что вы бывший/практикующий наркоман. При этом повести сборника написаны так, как будто автор по себе знает, что такое состояние измененного сознания. Это правда?
о: Что значит — измененное состояние сознания? Измененное по отношению к кому и чему? Для меня, например, измененным состоянием сознания является поток мыслей офицера ГАИ или депутата Госдумы. Весь вопрос в том, что вы принимаете за точку отсчета.
Теперь о наркотиках. В молодости со мной всякое бывало — как, например, и с Биллом Клинтоном. Только он не вдыхал, а я не выдыхал, а так очень похоже. Но я уже давно не употребляю наркотиков. Единственный стимулятор в моей жизни — это китайский чай. Я научился ценить простое, ясное и трезвое состояние ума. Мне никуда из него не хочется уходить, это мой дом, мне в нем хорошо и уютно. Я много лет не пью и не курю. Для меня принимать наркотики или психотропы — это примерно как зимой раздеться догола, выйти на улицу и побежать куда-то трусцой по слякоти. Теоретически говоря, можно такое проделать, организм выдержит, но ничего привлекательного в такой прогулке я не вижу и никаких озарений от нее не жду.
Состояния, которые я описываю в книгах, посещают меня безо всякой химии. Если мои герои принимают какие-то фантастические вещества, это просто сюжетный ход, который позволяет мне рационально объяснить возникновение подобных переживаний у них. Вы же не спрашиваете, например, Акунина или Маринину, сколько старушек они мочат в неделю — хотя по их книгам уголовный розыск вполне может решить, что они хорошо знакомы с технологией убийства или даже занимаются его пропагандой. А вот меня почему-то постоянно спрашивают, употребляю я наркотики или нет. Нет, не употребляю, никому не советую и где купить, тоже не знаю.


Писатель Виктор Пелевин: «Олигархи работают героями моих книг»
20 октября 2008. Наталья Кочеткова, «Известия»



в: Те, кто вычитывает в романах Пелевина информацию о разнообразных наркотрипах, найдут, чем поживиться в «t». Что будете отвечать Госнаркоконтролю?
о: Я спокойно гляжу ему в глаза — моя совесть чиста. Каждый российский писатель имеет полное право бичевать наркоманию, тут у «госнаркокартеля» никаких привилегий нет.

Писатель Виктор Пелевин: «12 стульев» были для меня книгой о героических и обреченных людях»
30 октября 2009. Наталья Кочеткова, «Известия»


Валерий Калныш: Благодаря чему рождается у вас сюжет? Насколько сильно на вас влияет окружающая действительность и психотропные препараты. Вы вообще, наркотики употребляете? Что думаете про Украину?
Виктор Пелевин: Я не знаю, как и благодаря чему это происходит. Действительность на меня, конечно, влияет, а наркотики нет, потому что я их не люблю. Это как прыгать в колодец, чтобы насладиться невесомостью — рано или поздно наступает минута, когда самые интересные переживания кажутся не стоящими, так сказать, процентов по кредиту. С наркотиками эти проценты очень большие, даже если кажется, что их совсем нет. Человек просто не всегда понимает, как и чем он платит. Украину я очень люблю, у меня оттуда отец. Украинский был для него вторым родным языком — но я его совсем не знаю. Еще мне безумно нравятся украинские девушки, для знакомства с которыми у меня есть специальный почтовый ящик odichanie@yandex.ru. В принципе, девушка может прислать туда фотографии и резюме, даже если она не с Украины. Конфиденциальность гарантирую.


Интервью с писателем Виктором Пелевиным
24 июня 2010. Участники проект «Сноб»


https://pelevinlive.ru/ #Пелевин
Tags: #Пелевин, Пелевин, интервью, наркотики, цитата
Subscribe

Posts from This Journal “интервью” Tag

promo joker000 december 16, 2016 21:00 43
Buy for 10 tokens
Абадонна, - негромко позвал Воланд, и тут из стены появилась фигура какого-то худого человека в темных очках. Эти очки почему-то произвели на Маргариту такое сильное впечатление, что она, тихонько вскрикнув, уткнулась лицом в ногу Воланда. - Как изменилась Москва, - произнес рокочущим голосом…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments