Joker (joker000) wrote,
Joker
joker000

Categories:

Цитаты из романа Generation "П" . Часть 1.

Но  в те дни в языке  и в жизни вообще было очень много сомнительного и
странного.  Взять  хотя бы  само имя "Вавилен", которым Татарского  наградил
отец, соединявший в своей душе веру в коммунизм и идеалы шестидесятничества.
Оно было составлено из слов "Василий Аксенов" и "Владимир Ильич Ленин". Отец
Татарского, видимо, легко  мог представить  себе верного ленинца, благодарно
постигающего над  вольной  аксеновской  страницей, что  марксизм  изначально
стоял за свободную любовь, или  помешанного  на джазе эстета, которого особо
протяжная рулада саксофона заставит  вдруг понять, что коммунизм победит. Но
таков  был  не  только отец Татарского, - таким было все советское поколение
пятидесятых и шестидесятых, подарившее миру самодеятельную песню и кончившее
в черную пустоту  космоса первым  спутником - четыреххвостым  сперматозоидом
так и не наставшего будущего.

Оказалось, что вечность существовала только до тех пор, пока Татарский искренне в нее верил, и нигде за пределами этой  веры  ее,  в  сущности, не  было. Для  того  чтобы  искренне  верить в
вечность,  надо было, чтобы эту веру  разделяли другие,  - потому что  вера,
которую  не  разделяет никто,  называется  шизофренией. А с другими -  в том
числе и теми, кто учил  Татарского  держать  равнение на вечность, -  начало
твориться что-то странное.
     Не то чтобы они изменили свои прежние взгляды, нет.  Само пространство,
куда  были  направлены  эти  прежние  взгляды  (взгляд  ведь всегда  куда-то
направлен), стало сворачиваться и исчезать, пока от него не осталось  только
микроскопическое  пятнышко  на ветровом стекле ума. Вокруг замелькали совсем
другие ландшафты.

"Когда исчезает субъект  вечности, то  исчезают  и все ее объекты, -  а
единственным субъектом вечности  является  тот,  кто  хоть изредка  про  нее
вспоминает".
     Больше  он не  писал стихов:  с  гибелью  советской власти они потеряли
смысл и ценность. Последние  строки, созданные им сразу после этого события,
были  навеяны  песней  группы  ДДТ  ("Что такое осень  - это  листья...")  и
аллюзиями из позднего Достоевского. Кончалось стихотворение так:

     Что такое вечность - это банька,
     Вечность - это банька с пауками.
     Если эту баньку
     Позабудет Манька,
     Что же будет с Родиной и с нами?

По телевизору  между  тем показывали те  же самые хари, от которых всех
тошнило последние двадцать лет. Теперь они говорили точь-в-точь то самое, за
что раньше сажали других,  только были гораздо смелее, тверже и радикальнее.
Татарский часто представлял  себе  Германию  сорок  шестого года, где доктор
Геббельс истерически орет по радио о пропасти, в которую фашизм увлек нацию,
бывший   комендант  Освенцима  возглавляет  комиссию  по  отлову  нацистских
преступников,  генералы  СС  просто  и   доходчиво   говорят  о  либеральных
ценностях, а возглавляет  всю лавочку прозревший наконец гауляйтер Восточной
Пруссии.  Татарский, конечно,  ненавидел советскую власть в  большинстве  ее
проявлений, но все же ему  было непонятно -  стоило ли менять империю зла на
банановую республику зла, которая импортирует бананы из Финляндии.

     -  В  целом, - говорил Морковин, - происходит это примерно так. Человек
берет  кредит. На этот кредит  он  снимает офис,  покупает  джип  "чероки" и
восемь  ящиков "Смирновской".Когда "Смирновская" кончается, выясняется, что
джип разбит,  офис  заблеван,  а кредит  надо отдавать. Тогда берется второй
кредит  - в  три  раза  больше  первого.  Из  него  гасится  первый  кредит,
покупается  джип  "гранд  чероки"  и  шестнадцать ящиков  "Абсолюта".  Когда
"Абсолют"...

     Если  банк, которому человек должен, бандитский, то его
в какой-то момент  убивают. Поскольку других банков у нас нет,  так обычно и
происходит.  Если   человек,  наоборот,  сам  бандит,  то  последний  кредит
перекидывается на Государственный банк, а  человек объявляет себя банкротом.
К нему в  офис  приходят судебные исполнители, описывают  пустые  бутылки  и
заблеванный факс, а он через некоторое время начинает все сначала. Правда, у
Госбанка сейчас появились свои бандиты, так что  ситуация чуть сложнее, но в
целом картина не изменилась.

Когда  примерно  половина "Смирновской" или "Абсолюта" еще не выпита, джип еще ездит, а смерть кажется далекой  и  абстрактной,  в  голове у человека,  который  все  это  заварил,
происходит  своеобразная  химическая  реакция.  В  нем  просыпается  чувство
безграничного  величия,  и  он  заказывает себе рекламный  клип.  Причем  он
требует, чтобы этот клип был круче, чем у других  идиотов. По деньгам на это
уходит примерно  треть  каждого кредита. Психологически все понятно.  Открыл
человек какое-нибудь  малое предприятие "Эверест", и так ему хочется увидеть
свой логотипчик  по первому  каналу, где-нибудь  между "БМВ" и "Кока-колой",
что хоть в петлю. Так вот, в момент, когда в голове у клиента происходит эта
реакция, из кустов появляемся мы.

- А ты не  знаешь
случайно, откуда это слово взялось -  "лэвэ"? Мои чечены говорят,  что его и
на Аравийском полуострове понимают. Даже в английском что-то похожее есть...
     - Случайно знаю, - ответил Морковин. - Это от латинских букв "L" и "V".
Аббревиатура liberal values*. (*Либеральные ценности (англ.))

В сценарии не было  конкретного
сюжета  - он состоял  из  чередования исторических  реминисценций и метафор.
Росла  и  рушилась  Вавилонская башня,  разливался Нил,  горел  Рим, скакали
куда-то  по  степи  бешеные гунны -  а на  заднем  плане  вращалась  стрелка
огромных прозрачных часов.
     "Род приходит, и род уходит, - говорил глухой и демонический (Татарский
так и написал в сценарии) голос за кадром, - а земля пребывает вовеки".
     Но  даже земля с развалинами  империй и цивилизаций погружалась в конце
концов в свинцовый океан;  над его ревущей поверхностью  оставалась одинокая
скала,  как  бы рифмующаяся  своей  формой с Вавилонской  башней,  с которой
начинался сценарий. Камера наезжала на скалу, и  становился виден выбитый  в
камне пирожок с буквами "ЛКК", под которым  был девиз, найденный Татарским в
сборнике "Крылатые латинизмы":
     MEDIIS TEMPUSTATIBUS PLACIDUS.
     СПОКОЙНЫЙ СРЕДИ БУРЬ.
     ЛЕФОРТОВСКИЙ КОНДИТЕРСКИЙ КОМБИНАТ

В  переводе  на русский  "Uncola"  будет "Некола".  По своему  звучанию
(похоже  на  имя  "Никола")  и  вызываемым  ассоциациям  это  слово  отлично
вписывается в эстетику вероятного будущего. Возможные варианты слоганов:

СПРАЙТ. НЕ-КОЛА ДЛЯ НИКОЛЫ

     (Имеет  смысл  подумать  о  введении  в  сознание  потребителя  "Николы
Спрайтова"  -  персонажа  наподобие  Рональда  Макдональда,  только  глубоко
национального по духу.)

ПУСТЬ НЕТУ НИ КОЛА И НИ ДВОРА.
     СПРАЙТ. НЕ-КОЛА ДЛЯ НИКОЛЫ

     (Второй слоган нацелен на маргинальные группы.)
     Кроме  того,  необходимо подумать  об  изменении  оформления  продукта,
продаваемого  на российском рынке.  Здесь  тоже необходимо  ввести  элементы
ложнославянского  стиля.  Идеальным символом представляется березка. Было бы
целесообразно поменять окраску банки с зеленой  на  белую в черных  полосках
наподобие ствола березы. Возможный текст в рекламном ролике:

     "Я в весеннем лесу
     Пил березовый Спрайт".


     Сквозь букву "О" в слове "Вавилон" проступала замазанная "Е" - это была
просто  исправленная опечатка, но Татарский при виде ее  пришел  в волнение.
Данное при рождении и отвергнутое при совершеннолетии имя настигло его в тот
момент, когда  он  совершенно забыл о той роли, которую, как  он рассказывал
друзьям  в  детстве,  должны  были  сыграть  в  его судьбе  тайные  доктрины
Вавилона.

Татарский  увидел  свой  ум - это  была
ярко-белая сфера, похожая на солнце, но  абсолютно  спокойная и неподвижная.
Из центра  сферы к ее  границе тянулись темные скрученные ниточки-волоконца.
Татарский понял, что это и есть его пять чувств. Волоконце чуть потолще было
зрением,  потоньше - слухом,  а остальные были почти  невидимы. Вокруг  этих
неподвижных   волокон  плясала  извивающаяся  спираль,   похожая   на   нить
электрической  лампы,  которая то  совпадала  на  миг  с  одним  из  них, то
завивалась сама вокруг себя светящимся клубком вроде  того, что  оставляет в
темноте огонек быстро вращаемой сигареты. Это была мысль, которой был  занят
его ум.
     "Значит,  никакой смерти нет, - с радостью подумал Татарский. - Почему?
Да потому, что ниточки исчезают, но шарик-то остается!"

-  Была такая  поэма у аль-Газзави. "Парламент птиц".  Это о  том,  как
тридцать птиц полетели искать  птицу  по  имени Семург - короля  всех птиц и
великого мастера.
     - А зачем они полетели искать короля, если у них был парламент?
     -  Это ты у них спроси.  И потом, Семург был не просто королем, а еще и
источником великого знания. А о парламенте так не скажешь.
     - И чем все кончилось? - спросил Татарский.
     -  Когда они  прошли тридцать испытаний, они узнали, что слово "Семург"
означает "тридцать птиц".
     - От кого?
     - Им это сказал божественный голос.

Плакат представляет собой фотографию набережной  Москва-реки, сделанную
с  моста, на котором в октябре 93 года стояли  исторические  танки. На месте
Белого  дома  мы видим огромную  пачку "Парламента"  (компьютерный  монтаж).
Вокруг нее в изобилии растут пальмы. Слоган - цитата из Грибоедова:

И ДЫМ ОТЕЧЕСТВА НАМ СЛАДОК И ПРИЯТЕН.
     ПАРЛАМЕНТ

Автора статьи звали Саша Бло. Если судить по тексту, это было
холодное  и утомленное  существо неопределенного пола, писавшее в  перерывах
между оргиями, чтобы донести  свое мнение до десятка-другого таких же падших
сверхчеловеков.  Тон Саша  Бло  брал  такой,  что  делалось ясно:  де  Сад и
Захер-Мазох не годятся в его  круг даже швейцарами, а Чарли Мэнсон в  лучшем
случае  сможет держать подсвечники. Словом, его статья  была  совершенным по
форме яблоком порока, червивым, вне всяких сомнений, лично древним змеем.
     Но Татарский крутился  в бизнесе уже давно. Во-первых, он знал, что все
эти яблоки годятся разве для того, чтобы выманивать подмосковных пэтэушников
из райского сада детства. Во-вторых, он сомневался в существовании культовых
порнофильмов, -  он  готов  был поверить в это только по предъявлении  живых
участников культа. В-третьих, и главное,  он хорошо знал  самого этого  Сашу
Бло.
     Это был немолодой,  толстый, лысый и печальный отец троих детей.  Звали
его  Эдик.  Отрабатывая квартирную  аренду, он  писал  сразу  под тремя  или
четырьмя псевдонимами в несколько журналов и на любые  темы. Псевдоним "Бло"
они придумали  вместе с  Татарским,  заимствовав  название  у найденного под
ванной  флакона   жидкости-стеклоочистителя   ярко-голубого  цвета   (искали
спрятанную женой  Эдика водку).  В  слове  "БЛО" чувствовались  неиссякаемые
запасы  жизненной  силы  и одновременно что-то  негуманоидное,  поэтому Эдик
берег   его.  Он  подписывал  им  только   статьи,  которые   дышали   такой
беспредельной свободой и,  так сказать, амбивалентностью, что  подпись вроде
"Сидоров" или  "Петухов" была бы нелепа.

Несмотря  на то что оба  шоумена  были  изрядно  пьяны, они не потеряли
сверкающей  вальяжности, какого-то голографического блеска в  каждой складке
одежды, как будто  это не их физические тела  сидели за  соседним столом,  а
просто  рядом  с  Татарским  работал  огромный  телевизор,  по  которому  их
показывали.

Если  бы  кокаин продавался в аптеках по  двадцать
копеек за грамм как средство для полоскания при зубной боли, подумал он, его
нюхали бы только панки - как это,  собственно, и было  в начале  века. А вот
если  бы клей "Момент" стоил тысячу долларов за флакон, его охотно нюхала бы
вся московская золотая молодежь и на презентациях  и  фуршетах считалось  бы
изысканным распространять вокруг себя  летучий  химический запах, жаловаться
на  отмирание  нейронов  головного мозга и  надолго  уединяться  в  туалете.

С Гитлером не советую. Сначала круто,  но потом  обязательно будет несколько секунд вечных
мучений в аду.

Инфляция счастья, - торопливо застрочил он, - надо платить за те же его
объемы больше денег. Использовать при рекламе недвижимости:
     Дамы и Господа! За этими стенами вас никогда не коснется когнитивный
диссонанс! Поэтому вам совершенно незачем знать, что это такое.

Он    стоял   на    углу
Садово-Триумфальной и какой-то  другой  улицы, ответвляющейся  вправо. Прямо
перед  его лицом  на стене  был плакат с надписью "Путь к себе" и зовущая за
угол желтая  стрелка.  Душа Татарского  на  секунду оторопела,  а  потом  ее
заполнила мрачная догадка, что "Путь к себе" - это магазин.

Сразу же за дверью он понял, что инстинкт вывел его в нужное место. Над
прилавком висела черная майка с портретом Че Гевары и подписью "Rage Against
the  Machine"*.  (*"Бунт  против  машин"  (англ.)  -- название  американской
рок-группы).  Под  майкой  была  табличка  "Бестселлер  месяца!".  Это  было
неудивительно - Татарский знал (и даже писал об  этом в какой-то концепции),
что в области радикальной молодежной культуры ничто не продается так хорошо,
как  грамотно  расфасованный и политически корректный бунт против  мира, где
царит политкорректность и все расфасовано для продажи.

- Кидая фрисби с синей буквой "хум", вы не просто кидаете пластмассовый
диск,  а  создаете заслуги.  Десять  минут кидания фрисби  с  синим "хум" по
создаваемой  заслуге  эквивалентны трем  часам медитации шаматха или  одному
часу медитации випашьяна.

- Простите-простите, -  сказал Татарский, - то есть вы  хотите сказать,
что духи будут оскорблены, узнав, что я сотрудник рекламной сферы?
     - Я полагаю, да. Поэтому лучшей защитой от их гнева было бы подвергнуть
их  существование  сомнению.  В конце  концов,  все  в этом  мире  -  вопрос
интерпретации,  и  квазинаучное описание спиритического сеанса так же верно,
как и  все остальные. Да и потом, любой просветленный  дух согласится с тем,
что он не существует.
- Интересно. А как духи догадаются, что  я сотрудник рекламной сферы? У
меня это что, на лбу написано?
     - Нет, - сказала девушка. - Это на рекламе написано, что  она из вашего
лба.
     Татарский чуть  было  не обиделся  на  эти  слова,  но  после короткого
размышления почувствовал себя скорее польщенным.

- Все в руках Аллаха, - ответила девушка.
     -  Позвольте,  - вдруг повернулся к  ней  молодой  человек  с  широкими
зрачками,  мирно глядевший  до этого в огромный хрустальный шар.  -  Как это
все? А сознание Будды? Руки Аллаха ведь есть только в сознании Будды. С этим
вы не станете спорить?
     Девушка за прилавком вежливо улыбнулась.
     - Конечно,  нет, - сказала  она. - Руки  Аллаха  есть только в сознании
Будды. Но  вся  фишка в том, что сознание  Будды все равно находится в руках
Аллаха.

Но великий  борец за  освобождение человечества Сиддхартха  Гаутама  во
многих  своих  работах указывал, что  главной причиной плачевного  состояния
человека в  жизни является  прежде всего  само представление о существовании
человека, жизни и состояния плачевности, то  есть дуализм, заставляющий делить на субъект
и объект то, чего на самом деле никогда не было и не будет.

Лабсанг Сучонг из монастыря Пу Эр полагает, что в случае,
если некоторую программу -  например,  футбольный матч  - будет одновременно
смотреть  более четырех  пятых  населения  Земли,  этот  виртуальный  эффект
окажется  способен  вытеснить  из  совокупного сознания  людей  коллективное
кармическое  видение человеческого  плана  существования,  последствия  чего
могут  быть  непредсказуемыми  (вполне  вероятно,  что  в дополнение  к  аду
расплавленного  металла,  аду  деревьев-ножей и т.  д. возникнет новый ад  -
вечного  футбольного  чемпионата).

Субъект номер  один верит,  что реальность  - это  материальный  мир. А
субъект номер  два  верит, что реальность  - это  материальный мир,  который
показывают по телевизору.

Но  принудительный  заппинг,  при  котором телевизор
превращается  в пульт дистанционного управления  телезрителем,  является  не
просто  одним  из  методов  организации  видеоряда,  а основой  телевещания,
главным  способом  воздействия  рекламно-информационного  поля на  сознание.
Поэтому  субъект  второго  рода  будет  в  дальнейшем обозначаться как  Homo
Zapiens, или ХЗ.

Соратники!  Положение  современного человека не  просто плачевно - оно,
можно  сказать, отсутствует,  потому что человека  почти нет.  Не существует
ничего,  на что  можно  было  бы  указать, сказав:  "Вот,  это и  есть  Homo
Zapiens". ХЗ  - это просто остаточное свечение люминофора уснувшей души; это
фильм про съемки другого фильма, показанный по телевизору в пустом доме.

С  точки  зрения  этой  дисциплины   каждый  человек  является  клеткой
организма,  который  экономисты  древности  называли  маммоной.  В   учебных
материалах фронта полного и окончательного освобождения его называют  просто
ORANUS  (по-русски - "ротожопа"). Это больше отвечает его реальной природе и
оставляет меньше места для мистических спекуляций. Каждая из этих клеток, то
есть человек, взятый в своем экономическом  качестве, обладает  своеобразной
социально-психической  мембраной, позволяющей пропускать  деньги (играющие в
организме  орануса  роль  крови или лимфы) внутрь  и  наружу. С точки зрения
экономики задача  каждой из клеток  маммоны -  пропустить как  можно  больше
денег внутрь мембраны и выпустить как можно меньше наружу.
     Но  императив  существования орануса  как  целого  требует,  чтобы  его
клеточная структура омывалась постоянно нарастающим потоком  денег.  Поэтому
оранус в процессе своей эволюции (а он находится на стадии развития, близкой
к  уровню  моллюска)  развивает  подобие  простейшей  нервной  системы,  так
называемую  "медиан,  основой  которой  является  телевидение.  Эта  нервная
система  рассылает  по  его   виртуальному  организму  нервные  воздействия,
управляющие деятельностью клеток-монад.
     Существует три вида этих воздействий. Они называются оральным, анальным
и вытесняющим вау-импульсами (от коммерческого междометия "wow!").
     Оральный  вау-импульс   заставляет   клетку  поглощать  деньги,   чтобы
уничтожить страдание  от конфликта  между  образом себя и образом идеального
"сверх-я",  создаваемого рекламой.

Заметим,  что дело  не в  вещах, которые
можно  купить за деньги, чтобы  воплотить это идеальное "я", - дело в  самих
деньгах.  Действительно, многие миллионеры ходят в рванье и ездят на дешевых
машинах - но, чтобы позволить себе это, надо быть миллионером. Нищий в такой
ситуации невыразимо  страдал  бы от когнитивного диссонанса, поэтому  многие
бедные люди стремятся дорого и хорошо одеться на последние деньги.
     Анальный вау-импульс заставляет клетку выделять деньги,  чтобы испытать
наслаждение при совпадении упомянутых выше образов.
     Поскольку два описанных  действия - поглощение  денег и  их выделение -
противоречат друг другу, анальный вау-импульс  действует в скрытой форме,  и
человек  всерьез  считает, что удовольствие связано  не  с самим актом траты
денег, а с  обладанием тем или иным предметом. Хотя очевидно, что, например,
часы за пятьдесят тысяч долларов как физический объект не способны доставить
человеку большее удовольствие, чем  часы за  пятьдесят, -  все  дело в сумме
денег.
     Оральный   и   анальный   вау-импульсы  названы   так  по  аналогии  со
сфинкторными  функциями,  хотя их  вернее  было  бы  соотнести  со вдохом  и
выдохом:  чувство, вызываемое ими, похоже на своего  рода психическое удушье
или,  наоборот,  гипервентиляцию. Наибольшей  интенсивности орально-анальное
раздражение достигает за игорным  столом в казино или во время спекуляций на
фондовой бирже, хотя способы вау-стимуляции могут быть любыми.
     Вытесняющий  импульс подавляет и  вытесняет  из  сознания  человека все
психические  процессы,  которые  могут  помешать  полному  отождествлению  с
клеткой орануса. Он  возникает, когда в психическом раздражителе отсутствуют
орально-анальные составляющие.  Вытесняющий  импульс  - это глушилка-jammer,
который  забивает передачу нежелательной радиостанции, генерируя интенсивные
помехи.  Его  действие  великолепно  выражено  в  пословицах  "Money  talks,
bullshit walks" * (*"Деньги говорят, пустой  базар отдыхает" (англ.).) и "If
you are so clever  show me your money"" ** (** "Если ты такой  умный, покажи
мне свои денежки" (англ.)). Без этого воздействия оранус не мог бы заставить
людей  выполнять  роль своих клеток.  Под действием  вытесняющего  импульса,
блокирующего все тонкие психические процессы, не связанные прямо с движением
денег, мир начинает восприниматься исключительно как воплощение орануса. Это
приводит к  устрашающему результату. Вот как описал свои видения один брокер
с Лондонской  биржи  недвижимости:  "Мир - это место,  где  бизнес встречает
деньги".

В классическом  случае  орально-анальная
стимуляция  закольцовывается,  как  в известном примере  с кусающей  себя за
хвост змеей: миллион долларов нужен,  чтобы купить дом в дорогом районе, дом
нужен, чтобы  было где  ходить в красных тапочках, а  красные тапочки нужны,
чтобы  обрести  спокойствие  и уверенность  в  себе, позволяющие  заработать
миллион долларов, чтобы купить дом, по которому можно будет ходить в красных
тапочках, обретая при этом спокойствие и уверенность.

Homo homini  lupus  est, гласит один  крылатый латинизм.  Но человек человеку уже
давно  не волк. Человек человеку даже не имиджмейкер, не  дилер, не киллер и
не  эксклюзивный  дистрибьютор, как  предполагают современные социологи. Все
гораздо страшнее и проще. Человек человеку вау - и не  человеку, а такому же
точно  вау.  Так что в проекции на  современную систему культурных координат
это латинское изречение звучит так: Bay Bay Bay!

Следует помнить, что слово «демократия», которое часто употребляется в современных средствах массовой информации, — это совсем не то слово «демократия», которое было распространено в XIX и в начале XX века. Это так называемые омонимы, старое слово «демократия» было образовано от греческого «демос», а новое — от выражения «demo-version».

Поэтому  конец  света,  о  котором  так  долго говорили христиане  и  к
которому неизбежно ведет вауеризация сознания, будет  абсолютно безопасен во
всех смыслах  - ибо  исчезает тот, кому опасность  могла бы  угрожать. Конец
светя  будет просто  телепередачей. И это,  соратники,  наполняет  нас  всех
невыразимым блаженством.
     Че Гевара,
     гора Шумеру, вечность, лето.

Их звали Сережа  и  Малюта,  и  они были практически полной противоположностью  друг другу. Сережа,  невысокий  худой блондин в  золотых  очках)  изо всех  сил  старался  походить  на  западного
копирайтера,  а  поскольку он  не  знал, что  из себя  представляет западный
копирайтер, и  следовал исключительно своим странным  представлениям на этот
счет,  он  производил  впечатление  чего-то  трогательно  русского  и  почти
вымершего.
     Малюта,  здоровый жлоб  в  затертом  джинсовом  костюме, был  товарищем
Татарского по несчастью -  он тоже пострадал  от тяги родителей-романтиков к
неожиданным и редким именам. Но  это их  не сблизило.  Когда он заговорил  с
Татарским на свою любимую тему, о геополитике, Татарский сказал, что, по его
мнению,  ее  основным  содержанием  является неразрешимый  конфликт  правого
полушария с левым, который бывает у некоторых людей от рождения. После этого
Малюта стал держаться с ним недружелюбно.
     Малюта был вообще человек пугающий. Он был пламенным антисемитом, но не
потому, что у него были какие-то причины не  любить евреев, а потому, что он
изо  всех сил  старался  поддерживать  имидж  патриота, логично полагая, что
другого пути у человека с именем "Малюта" нет. А все аналитические таблоиды,
в которых Малюта  встречал описание мира,  соглашались,  что антисемитизм  -
непременная  черта  патриотического имиджа.  Поэтому,  в  результате  долгих
усилий по формированию  своего образа, Малюта  стал больше  всего напоминать
злодея  из  ливанской мафии  в  тупом  малобюджетном боевике,  что заставило
Татарского  всерьез задуматься - так ли уж  тупы  эти малобюджетные боевики,
если они ухитряются трансформировать реальность в свое подобие.

-  Вот,  -  сказал  Ханин.  -  В чем  главная  особенность  российского
экономического  чуда?  Главная  особенность российского экономического  чуда
состоит в том, что экономика опускается все глубже  в  жопу, в  то время как
бизнес  развивается,  крепнет  и  выходит  на  международную  арену.  Теперь
подумай: чем торгуют люди, которых ты видишь вокруг?
     - Чем?
     -  Тем,  что  совершенно  нематериально.  Эфирным  временем и рекламным
пространством - в газетах или на улицах. Но время само по себе не может быть
эфирным, точно  так же, как пространство  не может быть рекламным. Соединить
пространство и время через четвертое  измерение первым сумел физик Эйнштейн.
Была  у него такая теория относительности - может, слышал. Советская  власть
это тоже делала, но парадоксально - это ты знаешь: выстраивали зэков, давали
им лопаты и велели  рыть траншею  от забора до обеда. А сейчас  это делается
очень  просто - одна минута  эфирного времени в прайм-тайм стоит столько же,
сколько две цветных полосы в центральном журнале.
     - То есть деньги и есть четвертое измерение? - спросил Татарский.
     Ханин кивнул.
     -  Больше  того,  -  сказал  он,  -  с  точки зрения  монетаристической
феноменологии  это   субстанция,  из   которой  построен   мир.  Был   такой
американский философ  Роберт Пирсиг,  который  считал,  что  мир  состоит из
моральных ценностей. Но это в шестидесятые годы могло так казаться - знаешь,
"Битлз"  там, ЛСД. С тех  пор многое прояснилось. Ты  слышал про  забастовку
космонавтов?
     -  Вроде  слышал,  -  ответил  Татарский,  смутно  припоминая  какую-то
газетную статью.
     - Наши космонавты получают за полет двадцать - тридцать тысяч долларов.
А американские  -  двести или  триста.  И наши  сказали:  не  будем летать к
тридцати штукам  баксов, а тоже  хотим  летать к тремстам.

Визуальный  ряд  был
следующим:  у  огромного,  облитого  маслом  и  мазутом дизеля  на  бетонном
фундаменте  стояли два  толстоватых  усатых дурачка,  оба  совершенно  голые
(вероятно,  это  было  эхом несостоявшегося  путешествия на  запад с рекламы
сигарет "West"). Рядом был берег реки  и песчаная полоса;  по крупным каплям
воды на телах двух  друзей было ясно, что  они только  что вылезли из  воды.
Прикрывая срам руками, они изумленно глядели в глаза зрителю. Текст гласил:

МЫ С ИВАНОМ ИЛЬИЧОМ
     РАБОТАЛИ НА ДИЗЕЛЕ.
     Я МУДАК, И ОН МУДАК,
     У НАС "ДИЗЕЛЬ" СПИЗДИЛИ!

А   через   пару   месяцев   Татарский   случайно  выяснил   совершенно
оскорбительную подробность:  оказалось,  что будущий  дистрибьютор  "Diesel"
заплатил не потому, что  решил использовать  его текст в рекламе, а, скорее,
по  суеверно-мистическим  причинам.  Его  партнера  и  главного   финансиста
действительно  звали Иваном  Ильичом, и выплата Татарскому была  своего рода
попыткой откупиться от злого и  проницательного  шамана, угадавшего  слишком
многое.  Татарского  утешило  известие  о  том, что  дизель у  них  все-таки
спиздили: в дистрибьюторы Иван Ильич с партнером не прошли.

Держась за стол, Татарский  встал. Поглядев  на плакат,  он  задумался,
поднял стакан и произнес:
     - Товарищи! Утопим русскую буржуазию в море имиджей!

- Сирруф прибыл, - ответил голос.
     - Это что, имя? - This game has no name, - ответил голос. - Скорее, это
должность.

"Зачем надо было эту дрянь есть?" - подумал он с тоской.
     -  Совершенно незачем,  -  сказал сирруф, опять появляясь в неизвестном
измерении его сознания.  - Вообще  никаких наркотиков  человеку принимать не
стоит. А особенно психоделиков.

-  У  человека  есть  мир,  в  котором он живет,  - назидательно сказал
сирруф. - Человек является человеком  потому, что  ничего, кроме этого мира,
не видит. А  когда  ты принимаешь сверхдозу  ЛСД или  объедаешься пантерными
мухоморами, что вообще  полное безобразие, ты совершаешь  очень  рискованный
поступок.  Ты выходишь из человеческого мира, и, если бы ты понимал, сколько
невидимых глаз смотрит на  тебя в этот момент, ты бы никогда этого не делал.
А если бы ты увидел хоть малую часть тех, кто на тебя при этом  смотрит,  ты
бы умер со страху.

Но  то, что ты съел, - это  совсем другое. Это номерной  пропуск,
служебный документ, съедая который ты перемещаешься в такую область, где нет
абсолютно  никаких  удовольствий.  И где не положено  шататься без дела. А у
тебя никакого дела нет. Ведь нет?
     - Нет, - согласился Татарский.
     - С Гришей-филателистом мы вопрос решим. Больной человек, коллекционер.
И пропуск у него случайно оказался. Но ты-то зачем его съел?
     - Хотел ощутить биение жизни, - сказал Татарский и всхлипнул.
     - Биение жизни? Ну ощути, - сказал сирруф.
     Когда Татарский пришел в себя,  единственное, чего ему  хотелось, - это
чтобы только что  испытанное переживание, для  описания которого  у него  не
было  никаких  слов,  а  только  темный   ужас,  больше  никогда  с  ним  не
повторялось. Ради этого он был готов на все.

Ты хоть знаешь, что этот  пропуск на пять человек? А  ты
здесь один. Или тебя пять?
     Когда Татарский снова пришел в себя, он подумал, что действительно вряд
ли переживет  сегодняшнюю  ночь. Только  что его было пять, и всем этим пяти
было так нехорошо, что Татарский мгновенно постиг, какое это счастье  - быть
в единственном  числе,  и поразился, до какой  степени  люди в своей слепоте
этого счастья не ценят.

- Человек по своей природе  прекрасен и велик, - сказал сирруф. - Почти
так же прекрасен и велик,  как сирруф. Но он этого не знает. А мусор - это и
есть его незнание. Это identity,  которой  на самом деле нет. Человек в этой
жизни присутствует  при сжигании мусора своей identity. Согласись, что лучше
греться у этого огонька, чем гореть в нем заживо.
     - Зачем человеку глядеть в этот огонь, если в нем сгорает его жизнь?
     - Вы все равно не знаете,  что с этими жизнями делать. И куда  бы вы ни
глядели,  вы все  равно  глядите в огонь,  в  котором  сгорает  ваша  жизнь.
Милосердие  в том, что вместо крематориев у вас телевизоры и супермаркеты. А
истина в том, что функция у них одна. И  потом, огонь - это просто метафора.
Ты  видел  его,   потому  что  съел  пропуск  на  станцию  сжигания  мусора.
Большинство видит перед собой просто телеэкран.

- 0м мелафефон бва кха ша, ом мелафефон бва кха ша...
    В  том месте, где только  что была  дверь ванной, вспыхнуло нечто вроде
салюта,  а  когда  красно-желтый  огонь  чуть угас,  он  увидел перед  собой
пылающий куст. Его ветви обвивало  яркое пламя, словно он был облит пылающим
бензином,  но  широкие  темно-зеленые  листья  не обгорали в этом огне.  Как
только Татарский  рассмотрел  куст  в подробностях,  из его середины  к нему
протянулась рука, сжатая в кулак. Татарский покачнулся и  чуть не свалился в
ванну спиной. Кулак разжался, и Татарский увидел на ладони перед своим лицом
маленький мокрый огурец в пупырышках.
     Когда куст исчез, Татарский  уже не помнил, взял  он огурец или нет, но
во  рту  ощущался явственный  соленый привкус.

     Плакат (сюжет  клипа):  длинный белый  лимузин  на  фоне  Храма  Христа
Спасителя.  Его  задняя  дверца  открыта,  и  из  нее  бьет  свет. Из  света
высовывается сандалия, почти касающаяся асфальта, и рука,  лежащая  на ручке
двери. Лика не видим. Только свет, машина, рука и нога. Слоган:

ХРИСТОС СПАСИТЕЛЬ
     СОЛИДНЫЙ ГОСПОДЬ ДЛЯ СОЛИДНЫХ ГОСПОД.

     Вариант:

ГОСПОДЬ ДЛЯ СОЛИДНЫХ ГОСПОД.

     Бросив ручку, Татарский поднял заплаканные глаза в потолок.
     - Господи, Тебе нравится? - тихо спросил он.

Коммерческая  идея:  объявить  тендер  на отливку колоколов  для  Храма
Христа  Спасителя.  Кока-колокол  и Пепси-колокол. Пробка у  бутылки  в виде
золотого колокольчика. (Храм Спаса на pro-V: шампунь, инвестиции.)





Цитаты из романа Generation "П" . Часть 2.

Рекламный слоган
Tags: GENERATION П, Пелевин, цитата
Subscribe

  • litmarket.ru

    Зарегистрировался на litmarket.ru. В чем преимущество по сравнению с СамИздат? 1. Можно нормально загружать с разных форматов. Я загружаю с .rtf.…

  • В. и К.Ш. Сказка о Глобальном Потеплении.

    Волк сидел на берегу реки и задумчиво смотрел на лед. Незаметно подошла Красная Шапочка. - Все сидишь? - Сижу. А тебя опять выгнали? - Нет, я сама…

  • Винни Пух и Пятачок в поисках смысла жизни-2

    Глава 2 Ослик Иа стоял и глядел в воду маленького пруда. Иногда он вздыхал и что то бормотал. Но тут его одиночество нарушили. Продираясь через…

promo joker000 december 16, 2016 21:00 43
Buy for 10 tokens
Абадонна, - негромко позвал Воланд, и тут из стены появилась фигура какого-то худого человека в темных очках. Эти очки почему-то произвели на Маргариту такое сильное впечатление, что она, тихонько вскрикнув, уткнулась лицом в ногу Воланда. - Как изменилась Москва, - произнес рокочущим голосом…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments